Евгения (zajcev_ushastyj) wrote,
Евгения
zajcev_ushastyj

Categories:
  • Mood:

47 ронинов

Захотелось мне рассказать вам байку старую, замшелую. Однако ж, история эта знаменита и почитаема в Японии уже три сотни лет. И конца этому почитанию не видно. Возможно, многие из вас уже читали где-либо эту байку или даже смотрели кино. Ну, а я расскажу как умею, может, кому и покажется интересным.
Но если кому захочется знать точно, как там дело обстояло, то пожалуйте в Википедию, например, или еще куда. А я расскажу вам чисто романтическую историю, основанную как на реальных событиях, так и на пьесе для театров бунраку и кабуки "Канадехон Чйушингура" 仮名手本忠臣蔵 ("Сокровищница верных вассалов"), написанной в 1748 году Такеда Изумо 2ым, Мийоши Шоораку и Намики Сенрйу.

В давние-предавние времена, когда на благословенных японских островах правил пятый шйогун из рода Токугава, Тсунайоши, в маленьком городишке Ако на берегу Внутреннего моря счастливо правил даймио Асано Наганори, третий по счету Ако-даймио из семьи Асано, основная ветвь которой давно и прочно обосновалась в Хирошиме.
Наганори стал даймио в возрасте 9 лет, унаследовав должность и все, с ней связанное, от своего отца, Асано Нагатомо. Как можно управлять целой провинцией, пусть и небольшой, в таком возрасте, затрудняюсь сказать. Надо полагать, даймио из Наганори был чисто номинальный, чтоб было кого показывать. А сама провинция управлялась вассальными самураями семьи Асано, которых к началу нашей истории было триста с лишним человек.
 
Асано Наганори.
Самым главным самураем из вассалов Асано был Ооиши Кураносуке Йошио. Семья Ооиши служила верой и правдой семье Асано в течение нескольких поколений, исправно поставляя советчиков и воспитателей беспокойному и горячему нравом семейству Асано. Кто-то из предков Ооиши Йошио был даже женат на одной из младших дочерей семейства Асано. Надо полагать, что именно Ооиши Кураносуке и был фактическим управителем Ако. И именно под его чутким руководством производство соли из морской воды было усовершенствовано до такой степени, что и по сей день соль из Ако считается лучшей в Кансае. И рисовые поля приносили урожай много бОльший, чем было записано в официальном реестре провинций.  
Памятник Ооиши Кураносуке Йошио в Сэнгаку-джи, Токио

А Наганори? А что – Наганори? Наганори хорошо проводил время. Увлекался поэзией. Хотя высот особых не достиг. Немного занимался всеми дисциплинами, которыми положено было заниматься уважающему себя потомственному даймио и самураю: махал катаной, скакал на конях и т.д., и т.п. Но без особого рвения. Чтобы оставить время на свою самую главную страсть – женщин.
По донесениям шпионов шйогуната, которых в то благословенное мирное время было даже больше, чем собак, Ако-даймио был великим поклонником прекрасной половины японского населения. И даже вассалов своих больше ценил не за способности в управлении вверенной ему провинцией, а за способность доставить лично ему, Асано Наганори, особо красивую девушку.

Но из клановых соображений продолжения династии Наганори женился на Агури Мийоши, чья семья была одной из боковых ветвей все того же клана Асано. Красавица Агури никак не мешала своему любвеобильному супругу продолжать столь любезный его сердцу и еще кое-какому органу образ жизни. Как-то не принято было у самурайских жен возражать против увлечений своих благородных мужей, чем бы они там не увлекались.
Вот только детей у них не было. А по тогдашним временам бездетный даймио – это нонсенс, подлежащий ликвидации. Потому после смерти такого даймио все его владения и имущество конфисковывались казной, а вассальные самураи становились ронинами, то есть – безработными. Вот чтоб такого не случилось, Асано Наганори усыновил собственного младшего брата, Нагахиро. Брат-пасынок был официально признан шйогунатом как наследник семьи Асано.
Сдается мне, что совет усыновить братишку Наганори дал Ооиши Кураносуке, у которого к тому времени уже было несколько детей и в том числе – официальный наследник. А наследник нуждался в сюзерене, чтобы не оказаться к моменту вступления в наследство безработным ронином, без места жительства и постоянного источника дохода. Заботливый отец и добросовестный советник, Ооиши Йошио.

Помимо веселого времяпровождения в собственных владениях, Асано Наганори должен был выполнять официальные поручения шйогуната. Поскольку любой даймио по тем временам - это не только управитель доверенной ему провинции, но и офицер на пожизненной службе у шйогуна и императора. Официально должность Асано Наганори звучала как Такуми-но-ками.
И вот под новый, 1701-й год, Асано Такуми-но-ками Наганори был назначен принимающим императорского посла.
Ну, порядки в те времена были такие: император хоть и считался формально главой нации и государства, реальной власти не имел никакой. Но почет и всяческое показное уважение получал регулярно. Потому каждый шйогун (формально – подданный императора и его вассал) каждый новый год посылал императору богатые подарки. Типа, поздравлял с наступившим. Ну, а император, как и положено вежливому и культурному государю, отправлял своего посланника с ответными дарами самому могущественному из своих подданных. Так вот, посла императорского надлежало привечать по самому высшему разряду со всеми возможными почестями и церемониями. Как вы понимаете, церемоний этих японцы, большие церемониальные мастера, придумали несусветное количество. И чтобы помнить их все установили даже специальную должность, кооке, который и должен был следить за соблюдением всех протокольных мероприятий.
В то время почетную должность надзирателя за правильностью церемоний занимал Кира Козуке-но-суке Йошинака. Кира Йошинака было 60 лет, когда вся эта история приключилась. Современники описывают его как могущественного политикана, взяточника и сребролюбца.
Вот этого-то хитроумного знатока церемоний и официального протокола и поставили наставником горячего парня Асано Наганори, которому на тот момент было 34 года.

И Асано Наганори, оставив теплый и уютный Ако, поехал в ветренный и холодный Эдо службу служить. Прихватил он с собой только положенное по статусу количество вассальных самураев, слуг и красавицу Агури. А верного Ооиши оставил за главного в родовом замке, на хозяйстве, значит. Как история показывает, зря оставил.
В Эдо скучно и тоскливо. Баб нет, потому как "собачий" шйогун Тсунайоши всех гейш и куртизанок, вместе с театрами и прочими развлечениями, выселил из Эдо к черту на куличики. Ибо нефиг баловаться, надо делом заниматься. А дело это, хоть и почетное по самые небалуйся, так еще церемонное и скучное до полного одурения. Все эти церемонии, поклоны, этикет... Этому надо поклониться в пояс, тому – можно только головой кивнуть, а перед кем надо и вовсе на коленки падать. А тут еще этот старый хрен Кира Йошинака. Подарков ему, понимаишь, надо. Пусть сначала науку объяснит, а уж потом и о подарках подумать можно будет.

И некому было посоветовать заносчивому молодому господину, что портить отношения с могущественным интриганом – тухлое дело, если сам ты при дворе без году неделя. И что подарки - дело важное и сурово необходимое, а от их правильного выбора зависит многое в тесном и церемонном мирке шйогунского дворца. Не понравились Кира Йошинака подарки молодого даймио из Ако и затаил Йошинака злобу на своенравного юнца.
С того момента и понеслось: то время встречи неправильно назначат, то намеренно про особое этикетное правило не сообщат, то не уведомят о прибытии важного гостя, на встрече которого надо присутствовать даже смертельно больным... И все шишки – на Наганори: мол, неуч и деревенщина, дисциплины никакой да еще и дворцовый этикет не соблюдает.
Терпел Наганори, терпел, да не вытерпел. И вот несчастливым утром 14 марта 1701 года в узком коридоре Матсу-но-Оорока, соединяющем два крыла дворца шйогуна в Эдо, столкнулись нос к носу обозленный Асано Наганори и хитрый царедворец Кира Йошинака.
 
Памятный камень на том месте, где 300 лет назад Асано Наганори Атаковал Кира Йошинака.

Надо полагать, Кира Йошинака не упустил случая еще разок уязвить молокососа-деревенщину Наганори на предмет отсутствия хороших манер. А Наганори не сдержался и, выхватив меч-вакизаши, попытался атаковать мерзкого старикашку. Однако ж, Кира отделался парой легких ран на лбу и на спине, а меч Наганори завяз в деревянной колонне, поддерживающей своды коридора. Кира унесли слуги, а Наганори был немедленно арестован.
 
Асано атакует Кира

По законам того времени обнажение меча во внутренних покоях дворца шйогуна каралось немедленной смертью. И Асано Наганори знал об этом не понаслышке: его собственный дядя, Наито Тадакатсу, был казнен после того, как на похоронах четвертого шйогуна Токугава (где обнажение оружия также строго запрещалось) убил своего обидчика. После чего семья Наито Тадакатсу была лишена всех земель и вассалов. Похоже, вспыльчивость и полное отсутствие самоконтроля было фамильной чертой клана Асано. А вот скверное владение мечом – личное "достижение" самого Наганори. Иначе трудно объяснить, как можно было промахнуться в коридоре дворца по малоподвижному старичку.
И некому было охладить пыл горячего даймио и объяснить простые вещи: что "наказывать" Кира надо было за пределами дворца, где уже не действует запрещение на выяснение отношений при помощи оружия, что в результате минутной горячности даже самый великий даймио становится преступником, а его семья и вассалы – нищими бомжами.

Решение бафуку (правительства шйогуна) о судьбе Асано Наганори было оглашено уже через несколько часов после инциндента в коридоре: харакири виновнику и конфискация всего имущества в казну.
Хотя формально по закону должны были быть наказаны оба участника столкновения, Кира Йошинака сочли достаточно пострадавшим и оставили без наказания. А на решение об Асано Наганори, похоже, повлияли и его репутация вспыльчивого и неуравновешенного человека, и небрежное соблюдение им правил этикета, и явная безответственность как главы семьи и клана.
Вечером того же дня Асано Наганори совершил сеппуку по всем правилам, написав даже предсмертную поэму, джисеи-но-ваку:
風さそ 花よりもな 我はまた 春の名残を いかにとやせん
Что-то про облетающие на ветру цветы и весну, уходящую так же, как и его жизнь.
 
Наганори пишет джисеи-но-ваку.

Асано Наганори был похоронен на кладбище Сэнгаку-джи в Эдо.
 
Могила Асано Наганори в Сэнгаку-джи, Токио

Жена его, Агури, немедленно подстриглась в монахини, приняла имя Йозейин и вернулась в дом своей семьи, Мийоши.
В Ако был послан отряд для конфискации замка, земель и прочего имущества семьи Асано. Опережая этот отряд, двое верных вассалов Асано домчались от Эдо до Ако за четыре с половиной дня, что по тем временам было неслыханной скоростью, и принесли страшную весть семье наследника, Асано Нагахиро, и всем остававшимся в Ако самураям, о печальной судьбе их господина и покровителя.

Несколько дней замок гудел. Самураи, теперь уже ронины, решали, что им делать. Вариантов предлагалось три:
- дождаться прихода правительственного отряда и прилюдно совершить массовое харакири в знак протеста против несправедливого решения шйогуната;
- поскольку Асано Наганори таки нарушил закон и наказан по справедливости, посыпать головы пеплом стыда и переквалифицироваться из самураев в кого получится;
- мстить страшной мстей ненавистному Кира Йошинака, оскорбившему их господина и лишившего их крова.

Первый вариант отпал сам собой в процессе бурной дискуссии. Бушидо бушидом, но семьи были почти у всех трех сотен ронинов и лишать их последней поддержки без какой-либо надежды на восстановление положения – неразумно.
Второй вариант получил поддержку большей части бывших вассалов. Надо полагать, именно у этого подавляющего большинства были семьи, дети и кое-какие варианты жизни даже и без почетной службы у даймио.
А за третий вариант высказались только полсотни самых верных (или самых безрассудных) ронинов во главе с Ооиши Кураносуке Йошио.
 

Ооиши Кураносуке обсуждает с остальными ронинами планы дальнейших действий.

Бушидо диктует правила поведения вассала, желающего вступиться за попранную честь своего господина: меч в руки и атаковать обидчика до тех пор, пока месть не свершится или пока верный вассал не будет убит вассалами же обидчика.
Разумному и дальновидному Ооиши этот вариант не особо понравился, потому как не оставлял практически никаких шансов на восстановление справедливости даже путем собственной смерти в бою: Кира живет в самом центре Эдо, рядом с дворцом шйогуна, и дом его – настоящая крепость, как и полагалось по тем временам. К тому же вассалов и слуг у Кира явно больше, чем всех готовых мстить ронинов вместе взятых. А это значит, что любая атака на дом Кира будет отбита, и остатки мстителей будут арестованы правительственными блюстителями порядка. С перспективой быстрой и абсолютно бесславной смерти. И такое развитие ситуации не оставляло никакой надежды на реабилитацию семьи Асано и восстановление в правах Асано Нагахиро, не говоря уже про самих мстителей.

Вот тогда-то и был задуман Ооиши Йошио план восстановления семьи Асано и страшной мести Кира Йошинака.
Для начала решено было попробовать добиться справедливости официальным путем. Была сочинена петиция от верных вассалов Асано Наганори на имя Великого Шйогуна Токугавы Тсунайоши с нижайшей просьбой разобраться с обидчиком Кира Йошинака и амнистировать невинно погибшего защитника собственной чести и достоинства Асано Наганори.
А пока великий шйогун разбирается в этом сложном деле, верные слуги Асано Наганори начали готовить заговор против Кира Йошинака.

Самым главным пунктом этого заговора было заставить Кира поверить, что никакого заговора нет и в помине. Что Ооиши, как и все остальные ронины, полностью забыл своего непутевого господина и занят только благосостоянием собственной семьи. Чтобы Кира расслабился, отпустил большую часть нанятых для защиты его дома слуг и воинов да и вообще потерял бдительность.
После чего, подготовив все необходимое для правильной атаки, напасть на Кира и таки отомстить за смерть Наганори.

Ронины, участвующие в заговоре, разъехались по стране. Сам Ооиши переехал в Киото, в квартал Ямашина на востоке столицы, переселив свою жену и детей в Осаку для безопасности последних (предварительно оформив официальный развод с женой, с которой он прожил более 20 лет). В Киото Ооиши старательно делал вид, что наслаждается по самые небалуйся вольной жизнью свободного горожанина. Йошио стал постоянным посетителем квартала Гион и завсегдатаем Ичирики-очая, где развлекался в обществе самых известных гейш того времени. По донесениям шпионов Кира Йошинака, Ооиши пьянствовал днями напролет, пугая мирных обывателей Киото своими пьяными выходками. Однажды, смертельно пьяный, он вывалился из очередного кабака и упал в лужу. Проходивший мимо заезжий купец из Сатсумы, узнав бывшего самурая, в сердцах пнул ногой неподвижное тело, обозвал Ооиши предателем, забывшим своего господина, и плюнул ему в лицо. Ооиши не прореагировал никак.

Но во время, свободное от запудривания мозгов вражеским шпионам, Ооиши руководил подготовкой заговора, тщательно собирая сведения о Кира Йошинака, засылая своих шпионов в его окружение и собирая деньги на оружие для решающей атаки.
По сохранившимся долговым распискам Ооиши можно увидеть, что деньгами его снабжали настоятель буддийского храма из Ако, основная семья Асано из Хирошимы и одна из боковых ветвей клана Асано.
Согласно пьесе Чйушингура о событиях этой вендетты, дочь одного из ронинов уговорила собственного отца продать ее в Ичирики-очая, чтобы этими деньгами пополнить тощую кассу борцов за справедливость.
Накануне годовщины смерти Асано Наганори от правительства пришел официальный ответ: полный отказ в восстановлении прав семьи Асано. Надеяться было больше не на что и поготовка к мести закипела еще активнее.

Но и Кира не дремал пока. И подослал своего шпиона к Ооиши в самый день годовщины, чтобы посмотреть, как самый верный из вассалов будет отмечать день смерти своего господина. Благо по обычаю верный вассал в годовщину смерти своего господина должен был поститься и просвети день в молитвах.
Но Ооиши этот день провел традиционно – в Ичирики-очая, распивая саке вместе со шпионом и играя в жмурки с гейшами. Никаких признаков скорби или хотя бы намека на вынашиваемую месть.
И Кира поверил наконец, что никакой мести не будет. Что бывшие вассалы Асано Наганори и думать забыли о бесчестьи, нанесенном их бывшему господину.

Ооиши развлекается с гейшами.

Даже бывшая жена Наганори, ноне монахиня Йозейин, поверила, что муж ее так и забыт неверными вассалами. И прилюдно прокляла неверного пса Ооиши.

Но "Ооиши" не даром значит "большой камень"! Медленно, аккуратно, но неуклонно опытный стратег Ооиши подготавливал свою месть. Один из ронинов-последователей Ооиши, женился на дочери мастера, украшавшего внутренние помещения дома Кира Йошинака, и через свою жену получил подробнейший план дома ненавистного врага.
В начале декабря 1702 года все подготовленное оружие было свезено в Эдо. Все сообщники, которых к тому времени осталось 47 человек, тоже собрались в Эдо на конспиративных явках. А лично Ооиши Кураносуке тайно покинул Киото в самом начале ноября, еще раньше отправив в Эдо своего старшего сына Чикара-Йошикане, тоже примкнувшего к мстителям.

И вот морозной ночью 14-го декабря 1702 года после тщательной многодневной разведки и сбора сведений о перемещениях Кира Йошинака, в 4 часа утра две группы ронинов атаковали дом Кира с двух сторон: одна, возглавляемая сыном Ооиши, Чикара-Йошикане, - со стороны задних ворот, а вторая, под началом лично Ооиши Кураносуке Йошио, вломилась в главные ворота. Бой барабанов согласовывал действия обеих групп.

Ооиши руководит атакой на дом Кира.

Заранее расставленные лучники сбивали слуг Кира, пытающихся выбраться из дома за подмогой. А накануне предупрежденные об атаке соседи, ненавидившие Кира, также ничего не сделали для его защиты.
Дом был захвачен атакующими за неполный час. Были убиты 16 слуг Кира и ранены 22, в том числе и внук Кира. Среди нападавших убитых не было, только несколько незначительных ранений. Но самого Кира среди сражавшихся не обнаружили!
Проверили весь дом. Нету! Но в спальне Кира постель еще хранит тепло человеческого тела... Дом обыскали еще раз. И в темном чулане для хранения угля в самом дальнем углу кухни Кира наконец и был обнаружен и приведен к Ооиши.

При полном собрании всех соучастников Ооиши предложил Кира Йошинака тот самый меч, которым совершил харакири Асано Наганори. И предоставил возможность самураю по положению Кира Йошинака умереть так, как умирают достойные самураи, совершив харакири немедленно при всем честном собрании. Но Кира отказался.
И тогда Ооиши Кураносуке Йошио лично отсек голову Кира Йошинака тем самым мечом, что держал в руках в свой последний час его господин Асано Наганори.

Смерть Кира Йошинака.

После чего вся команда теперь уже отомщенных ронинов торжественным маршем проследовали от дома Кира к буддийскому храму Сэнгаку-джи. По дороге послав двух гонцов во дворец шйогуна с извещением о свершившемся правосудии. И заодно отправив туда самого младшего по званию и положению среди них как свидетеля. На кладбище Сэнгаку-джи, омыв голову Кира Йошинака в источнике, ронины торжественно возложили ее у надгробия на могиле Асано Наганори и отчитались о честно проделанной работе. Дух Асано Наганори отныне был спокоен.

Ронины принесли голову Кира на могилу Асано.

Посланный правительством отряд должен был обезоружить и арестовать всех участников нападения на дом уважаемого господина. Но все 44 ронина добровольно сдали оружие.
Ронинов разделили на четыре группы и расселили по домам важных чиновников шйогуната, где они должны были находится под домашним арестом до тех пор, пока правительство не решит их судьбу.
Долгих два месяца Высокий суд в лице самого Тсунайоши Токугавы и его советников решал судьбу 47 ронинов. И все это время ронины жили на правах почетных гостей в домах у четырех высокопоставленных офицеров шйогуната.
Все четыре хозяина дома, где ожидали своей участи ронины, были чрезвычайно горды выпавшей на их долю честью. До самого последнего дня все пожелания почетных арестантов выполнялись беспрекословно.

Шйогунат оказался в сложном положении. С одной стороны, ронины точно последовали кодексу самурая, говорящему, что истинный самурай должен отдать жизнь за восстановление доброго имени своего господина. С другой – они нарушили закон шйогуната о запрете на кровную месть. Кроме того, шйогунат получил море петиций от граждан всех сословий с прошениями о помиловании ронинов.
В итоге ронины были приговорены к смерти. Но не к позорной казни, как преступники, а к почетной смерти путем совершения харакири.
Поздним вечером 4-го февраля 1703 года 46 ронинов совершили ритуальное самоубийство. И были торжественно похоронены на том же кладбище Сэнгаку-джи рядом со своим господином Асано Наганори.
 
Харакири 46 ронинов.

Шйогун помиловал только одного: самого младшего по званию и положению ронина. Который вернулся в Ако, прожил долгую и насыщенную жизнь, написал воспоминания об этой истории и умер своей смертью в возрасте 71 года. Был похоронен там же, в Сэнгаку-джи, рядом со всеми своими товарищами.

Могила 47 ронинов на кладбище Сэнгаку-джи, Токио

Несколько раньше рядом с мужем была похоронена и леди Асано Агури-Йозейин.

Могила леди Асано Агури-Йозейин в Сэнгаку-джи, Токио.

Могила ронинов и их господина стала местом паломничества всех желающих приобщиться к истинно самурайскому духу.
В один день ее посетил и тот самый купец из Сатсумы, который когда-то пинал ногами пьяного Ооиши и обвинял того в отсутствии чувства долга. Купец попросил прощения у духа Ооиши Кураносуке, после чего совершил самоубийство. Был похоронен рядом с оградой могилы ронинов.
Совершенная месть обелила образ ронинов из Ако в глазах японской общественности. Те из них, кто не примкнул к Ооиши, после его героической смерти смогли найти себе работу в привычном им качестве вассалов более могущественных самураев.
Асано Нагахиро был полностью восстановлен в правах, получил статус хатамото и был посажен управлять провинцией Чигйочи (несколько большей по размеру, чем Ако) в префектуре Чиба. А после смерти шйогуна Токугавы Тсунайоши, Асано Наганори был полностью реабилитирован.
Семья Кира Йошинака наоборот, сильно потеряла и в репутации, и во владениях. А после смерти Кира Йошичика, старшего сына Йошинака, род Кира угас совсем.
В общем, все кончилось хорошо: все умерли.


Исторический парад в Сэнгаку-джи в наши дни.
>
Tags: Замшелые байки, Отдельные японские личности, Этнографическое
Subscribe

  • Локальное краеведение

    Раз уж вы все так были счастливы увидеть меня тут опять, попробую запостить что-нибудь более содержательное. Из своих текущих интересов. Один из…

  • Хина Матсури в Камигамо

    3го марта в Японии отмечается Хина Матсури, он же - День Девочек или Праздник Цветения Персиков. Для разнообразия решила в этот раз скататься в храм…

  • Про одэн

    Однажды я упомянула блюдо местной кухни, именуемое "одэн", как один из самых известных способов утилизации дайкона в больших количествах.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 51 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Локальное краеведение

    Раз уж вы все так были счастливы увидеть меня тут опять, попробую запостить что-нибудь более содержательное. Из своих текущих интересов. Один из…

  • Хина Матсури в Камигамо

    3го марта в Японии отмечается Хина Матсури, он же - День Девочек или Праздник Цветения Персиков. Для разнообразия решила в этот раз скататься в храм…

  • Про одэн

    Однажды я упомянула блюдо местной кухни, именуемое "одэн", как один из самых известных способов утилизации дайкона в больших количествах.…